В Екатеринбурге обсуждают пути музыкального театра

В Екатеринбурге обсуждают пути музыкального театра

Свой 85-летний юбилей признанный лидер «легкого жанра» — Свердловская музкомедия — отмечает международным форумом музыкальных театров. В Екатеринбург слетаются композиторы, драматурги и режиссеры, критики и театроведы, актеры из России и зарубежья. Почему в Екатеринбург — понятно: здесь делом доказывают, что жанр жив, ищут для него новые пути, здесь взлетная площадка для новых произведений. О секретах успеха мы беседуем с главным режиссером театра Кириллом Стрежневым.

Вы ленинградец, но уже многие годы руководите екатеринбургским театром. Как вы решились покинуть родной город?

Кирилл Стрежнев: Мне везло. Я учился в ЛГИТМИКе, и ставить дипломный спектакль, конечно, мечтал в хорошем театре. Меня послали в Свердловскую музкомедию, в этот до блеска отлаженный механизм — уже счастье! Владимир Курочкин пригласил в этом театре работать, и я здесь катался как сыр в масле. Не нужно было искать материал, мне просто предлагали: поставь вот это. Но режиссера это губит: зубы стачиваются, фантазия угасает, ему нужна среда сопротивления. И я уехал в Ленинградскую музкомедию к Владимиру Воробьеву, поставил там три спектакля, «Путешествием на Луну» Оффенбаха открыл новое здание Одесской музкомедии. И за эти десять лет работы в двух театрах многому научился и у Курочкина и у Воробьева: я уже знал, что нужно быть не разрушителем, а созидателем, что нужно не на словах, а на деле любить артиста, и все создавать в диалоге с ним, считая его не исполнителем, а сотворцом. Вот тогда и пришли три приглашения занять пост главного режиссера — из Одессы, Ленинграда и Свердловска. Был большой семейный совет, решили ехать сюда, и я ни одной секунды об этом не жалею. Если одолеет тоска, — сяду в самолет и два дня погуляю по Питеру, у меня там квартира и все, что нужно. Но там нет любимого театра, где я уже 32 года работаю главным режиссером.

В Свердловском театральном институте вы создали свою школу мюзикла, из нее вышли многие звезды — в том числе Москвы и Петербурга. Я смотрел у вас в учебном театре «Короля Льва» — замечательные молодые артисты. Василина Маковцева теперь прима Коляда-театра и звезда Каннского фестиваля, Евгений Толстов — среди ведущих актеров Свердловской музкомедии. Как складываются судьбы остальных выпускников?

Кирилл Стрежнев: Они востребованы. Увы, я не могу взять всех в наш театр, но около половины труппы — мои ученики. Выпускники разных лет, но школа одна, и кровь одна. Набирая курс, держу в уме два критерия: творческий потенциал, который можно развить, и человеческие качества. Я убежден, что хороший артист не может быть плохим человеком. Он может быть трудным! Но только потому, что хочет добиться от режиссера внятного ответа на свои вопросы — ведь это ему выходить на сцену!

У вас молодая талантливая труппа. Как в нее вписываются артисты, пришедшие из других институтов и школ?

Кирилл Стрежнев: Хороший пример — Татьяна Мокроусова, наша Анюта из «Веселых ребят», наша Эвита. Она закончила Оренбургский театральный институт, а там преподают по моей системе, и ей было легко понять принципы нашего театра. Бывают более трудные случаи. Но это все люди порядочные, они умеют слушать и тоже абсолютно готовы вписаться в труппу.

Работая здесь в жюри конкурса молодых артистов, я поразился богатствам, которыми театр владеет: такие голоса, такие необходимые жанру фактуры! Сумеет ли театр эти сокровища сохранить, полностью ли сознает, чем обладает?

Кирилл Стрежнев: Театр — семья, а семья хороша, когда поколения передают друг другу традиции и умения. Наши артисты «отравлены» этим домом, для них это место, без которого жить невозможно. Здесь никто не скажет: я пошел на работу, все скажут: я пошел в Театр. Потому что это счастье, за которое еще и деньги платят. И я не волнуюсь насчет того, что кто-то уйдет. Если кто-то затеет уйти в другой театр, он обязательно подумает: с кем там работать? Здесь у него потрясающие партнеры, с ними он сроднился, а там — неизвестность. Была у меня студентка, которая с третьего курса уже играла в театре. Потом вышла замуж и уехала, а через 12 лет попросилась обратно — но на эти роли у нас уже были новые молодые актрисы. Спасибо дирекции нашего театра: идет очень важная работа с молодежью: множество премий, наград, грамот, поощрений, стипендий, помощь от спонсоров. Льготная ипотека: у нас все живут в современных квартирах — зачем отсюда бежать?

Как вы определяете особенности вашей школы?

Кирилл Стрежнев: В основе — владение всеми умениями, необходимыми музыкальному театру: актерское мастерство, пластика, вокал, танец — в равной степени. Только тогда актер может претендовать на занятость в репертуаре. Ведь артист такой человек: для него даже зарплата на втором месте, ему нужно быть на сцене. Смех и слезы зала, аплодисменты — это как наркотик.

Когда-то вы здесь поставили «Кандида» Бернстайна — труднейшую вещь, которую все дают в концертном исполнении, а у вас это был полноценный спектакль. Как вы отважились на такой опыт?

Кирилл Стрежнев: В театре была традиция постановки мировых мюзиклов: «Оливер!», «Хелло, Долли!», «Моя прекрасная леди» — великая музыка и блистательный ролевой материал. Выбирая «Кандид», я понимал, что это не кассовый хит, но мне нужно было погрузить артистов в мир музыки Бернстайна и в философию Вольтера. Спектакль шел прекрасно: изумительные костюмы Вячеслава Окунева, хореография, актерские работы. Но для зрителя, привыкшего к «Марице», эта вещь была слишком серьезна, и весь посыл спектакля уходил в пустоту.

Примерно так случилось на недавней премьере «Кандида» в Большом театре: часть публики ушла в растерянности, спектакль приняли прохладно.

Кирилл Стрежнев: Наш зритель теперь готов к таким уровням сложности. Когда мы ставили «Скрипача на крыше» — переворошили горы материалов по обычаям, религии, обрядам , консультировались с раввином, артисты прочли огромное количество книг, связанных с еврейской культурой. Так было и при постановке «Декабристов»: какие споры тут возникали! В «Орфее и Эвридике» мы с художником Павлом Каплевичем хотели создать пост-апокалиптический мир мутантов и отправной точкой выбрали Босха. Я пришел на читку либретто с альбомами Босха и стал демонстрировать его шедевры — оказалось, что артисты уже все прочитали и просмотрели!

Скоро премьера с интригующим названием «Моцарт vs Сальери» — что это будет?

Кирилл Стрежнев: Мюзикл Константина Рубинского и Евгения Кармазина, довольно крутой. Смешить не собираемся, но будем дразнить. Большинство зрителей, придя на спектакль, все равно будет гадать: отравил — не отравил? И мы этот тлеющий уголек все время поддерживаем. Классики — они же на небесах живут. И все начнется с того, что Моцарт читает Пушкина. Доходит до сцены отравления: это же неправда!.. Что дальше — увидите.

Со временем театр и его политика менялись. Вы активно ставили мировые мюзиклы, затем пошли мюзиклы, рожденные на этой сцене. Но не потеряет ли город возможность смотреть мировые новинки? Совсем ушла в тень оперетта — предполагается ли некий баланс жанров?

Кирилл Стрежнев: Сбалансировать репертуар — сейчас главная забота. Вот ушла «Марица»: спектакли дряхлеют, легче поставить новый, чем чинить старый. И Дмитрий Белов у нас выпустит «Сильву» с новым либретто, которое пишет Алексей Иващенко, а потом я поставлю оперетту Зуппе «Боккаччо». Не прощаемся мы и с мировым мюзиклом: у нас в репертуаре «Эвита» Уэббера, Антон Музыкантский поставит «Одолжите тенора» Брэда Кэролла.

Сегодня начинается юбилейная пятидневка. Что мы увидим в эти дни?

Кирилл Стрежнев: Все откроет шоу «Счастливое место» — по имени книги о театре, которую мы презентуем перед началом. Затем представим работы трех режиссеров: Нины Чусовой — «Яма» по Куприну, Алексея Франдетти — «Бернарда Альба» по Лорке, и мою — «Декабристы». Будет работать видеозал, где Александр Журбин покажет «Орфея и Эвридику», Лариса Александрова — «Анри», Максим Дунаевский и Вадим Жук — «Веселых ребят»… Генеральный директор Большого театра Владимир Урин проведет круглый стол, посвященный проблемам музыкальных жанров, пройдет ярмарка новых сочинений. Покажем эксперимент интерактивной лаборатории молодых режиссеров, которую я веду в Москве. Драматург Константин Рубинский предложил игру — написание совместного мюзикла по сказке «Колобок». Сюжет разделили на семь частей, семь авторов написали текст, семь — музыку, и молодые режиссеры эти отрывки поставят. Пока идет форум, ребята будут это все репетировать, идеи у них интересные: кто-то поместит действие в космос, а кто-то — в болото… Мы все это отсмотрим, я выберу семь лучших, из них соберу спектакль, и он пройдет на Новой сцене 29 ноября. Программа большая, и я надеюсь, всем будет интересно.

Оставить комментарий

Вы можете использовать HTML тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.