«Серебряная лира» живет надеждой

«Серебряная лира» живет надеждой

На открытии фестиваля «Серебряная лира» в Большом зале филармонии выступила пианистка Полина Осетинская, исполнившая вместе с Молодежным камерным оркестром под управлением Ярослава Забояркина ре-минорные концерты Баха и Моцарта. После выступления Полина Осетинская рассказала «Российской газете» о том, какие сложности испытывают музыканты в новом сезоне, как помочь музыкантам в это время, а также о том, собирается ли она написать новую книгу.

Вы только что приняли участие офлайн на фестивале камерного исполнительства «Серебряная лира» в Петербургской филармонии, где прежде собирались аншлаговые залы, к слову, заполняемые публикой из рискованной зоны 65+. Чем вам интересен этот фестиваль?

Полина Осетинская: Мне очень близко то, что «Серебряная лира» предоставляет свободу высказывания, не ограничивая пожелания и возможности. Камерная музыка требует исполнителей очень высокого класса. В ней не получится спрятаться в оркестре, как бывает на больших концертах.

Если бы не пандемия, вы бы сыграли на этом фестивале и со скрипачом Максимом Венгеровым. Ваш исполнительский союз стал одним из примечательных событий последнего времени.

Полина Осетинская: Наш дуэт возник как эксперимент, а потом оказалось, что нам нравится играть вместе. Мы совпадаем в темпераментах, каждый привносит в дуэт что-то свое. К сожалению, сейчас отменились наши концерты в Эльбской филармонии, в Золотом зале Музикферайна в Вене, концерты в Италии. Но надеюсь, что все восстановится, мы вернемся на сцены мира.

В Европе концертно-театральная жизнь блокирована на месяц. В России залы пока держатся. Какая, на ваш взгляд, стратегия правильнее?

Полина Осетинская: Сложный вопрос. С одной стороны, продолжается заражение, с другой — останавливать жизнь депрессивно и не менее опасно. Музыкантам нужно придумывать альтернативные способы заработка. Планировать график выступлений в такой ситуации крайне сложно. Только что был отложен до весны фестиваль Concordia в Казани, проект в Большом зале филармонии перенесли на декабрь. Ни в чем нельзя быть уверенным — нерадостная примета времени. Поэтому — не строить планы, ни о чем не загадывать, жить сегодняшним днем. Сейчас любой концерт воспринимаешь как роскошь.

Нерадостная примета времени: ни в чем нельзя быть уверенным. Остается жить сегодняшним днем, когда любой концерт воспринимаешь как роскошь…
Как сохранить музыкантскую общность в ситуации постоянного размыкания социальных связей?

Полина Осетинская: Вся музыкальная индустрия в этом году испытала потрясения. Я надеюсь, что рано или поздно все это закончится и жизнь вернется на круги своя. Но пока известна единственно возможная альтернатива — онлайн, позволяющий удерживать хоть какую-то связь. Разумеется, должны быть выстроены определенные рамки стратегического бизнес-планирования или финансового расчета. Музыканты-фрилансеры, не поддерживаемые госучреждениями, в буквальном смысле вынуждены искать пропитание, поскольку напрямую зависят от того, сколько концертов сыграют. Мне кажется, надо идти навстречу потребностям одной и желаниям другой стороны, если говорить о помощи — и музыкантам, которым надо выживать, и публике, которой это небезразлично. Надо посмотреть, как при благополучном стечении обстоятельств получится собирать публику на концертах онлайн, но не бесплатных, как во время первого карантина, когда подобные проекты наводнили интернет.

Сегодня как никогда востребованы услуги вашего Центра поддержки профессионального здоровья музыкантов, оказывающего психологическую поддержку. С какими вопросами к вам обращаются?

Полина Осетинская: Да, наши тренинги очень удачно проходят онлайн. С нами связывались люди из разных концов земного шара, в том числе из Израиля, Америки, из Чехии. Чаще всего обращаются с проблемами страха сцены, сценическим стрессом, выгоранием, больными руками.

А как в такое непростое время вы справляетесь с воспитанием собственных детей?

Полина Осетинская: Рассуждать о том, правильно ли были выбраны принципы воспитания детей, бессмысленно: только жизнь покажет, получится что-то у них или нет. Могу лишь сказать, что никто из них не высказал желания заниматься музыкой профессионально. Дочь занималась на арфе, но в этом году отказалась от занятий: у нее другие интересы. Сын играл на блок-флейте, сейчас играет на саксофоне. Но я не вижу у него особого рвения.

Что вы думаете по поводу дистанционного обучения?

Полина Осетинская: Это абсолютное зло. Дети лишены социума, проводя все время перед экраном в вакууме. Кроме того, при дистанционном обучении у них есть возможность отвлекаться. Разумеется, она есть и в школе, но, сидя дома в наушниках, они могут себе позволить залезать в телефон, баловаться. Никакой интеграции в таком обучении нет. Я категорически против дистанционного образования и считаю, что его нужно, насколько возможно, избегать. Хотя в ситуации пандемии, когда ходить в школу опасно для всех членов семьи, наверно, это наименьшее из зол.

Книга «Прощай, грусть», в которой вы рассказали столько откровенных историй из своего детства, юности, профессионального становления, взаимоотношений с отцом, стала в свое время бестселлером. Не собираетесь написать продолжение?

Полина Осетинская: Идея написать продолжение книги есть, я даже выбрала место, где можно над ней поработать.

Какую музыку вы слушаете в минуты отчаяния?

Полина Осетинская: Больше всего помогают Бах и Гендель: они поддерживают меня в самые сложные моменты.

Читайте также

Оставить комментарий

Вы можете использовать HTML тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.