Актер «акимовской гвардии» Валерий Никитенко отмечает 80-летие

Актер «акимовской гвардии» Валерий Никитенко отмечает 80-летие

Народный артист России Валерий Никитенко, ведущий актер театра Комедии имени Н.П. Акимова, отметит 30 марта 80-летие.

Театры закрыты, спектакли и празднования отложены. Но юбиляр в постоянном движении: дает интервью, сыграл «Энергичных людей» — был онлайн-показ спектакля, участвовал в поэтическом марафоне ГМЗ «Царское Село «Карантин со стихами» — акции театра Комедии и музея: актеры читали стихи, посвященные Царскому Селу, в закрытых залах Екатерининского дворца и парка, а видео выложили в интернете. В эти дни шли трансляции проекта «Комедия в Сети»: Валерий Ефремович читал свою книгу «В апреле у Акимова» об актерах и традициях акимовского театра. Пусть и виртуальное, но общение с публикой.

Шагаем в ногу со временем. Вы теперь и в Facebook — читаю ваши посты. С удовольствием освоили соцсети?

Валерий Никитенко: Поначалу было нелегко, но внуки помогли. И теперь мне это даже доставляет удовольствие. Мои посты принесли мне некоторую популярность в кругах друзей по Фейсбуку. Я радуюсь их лайкам и с радостью поздравляю их с днем рождения.

Книга «В апреле у Акимова» вышла в 2008 году. Она такая тоненькая, а у вас, великолепного рассказчика, наверняка есть еще немало историй, прекрасных баек. Пишете?

Валерий Никитенко: Не пишу. Столько книг сейчас выходит! Пишут актеры, режиссеры, но нужны ли, интересны ли их книги кому-то, кроме близких, членов семьи?

Я тогда торопился — ушел из жизни Лев Милиндер, последний из блистательной плеяды авторов наших капустников, и пока живы воспоминания, живы другие мастера, нужно было записать их. Ведь актерская судьба такая быстро забываемая. Театральные работы быстро уходят: прошло три, пять лет, и вопрос: а кто это? Можно было пошире, пообъемнее книгу написать, но мне было важно сделать это сразу.

Конечно, жизнь большая, 80 лет, было много интересных встреч, событий. Шесть лет безоглядного счастья — с Николаем Павловичем Акимовым. А потом — смена худруков, разные периоды творчества.

Все эти годы меня держала замечательная традиция — наши знаменитые капустники, вечера чествования юбиляров, которые мы проводим каждый год 16 апреля, в день рождения Акимова.

Театр при Акимове — яркий, цветной, праздничный. Николай Павлович очень любил удивлять, чтобы открывался занавес — и все ахнули! Это шварцевское «обыкновенное чудо» — кредо театра Комедии. А ведь это очень важно. С человеком должно что-то происходить. Чтобы были смех и слезы, очищение, тогда предназначение театра оправданно. Если театр эмоционально тебя не переворачивает, тогда зачем туда ходить? Можно пойти, например, на лекцию и получить знания.

16 апреля должен был состояться 72-й по счету капустник. Но пришел карантин, театры закрыты…Впервые пропустите праздничный вечер? Случай беспрецедентный?

Валерий Никитенко: Лишь однажды мы не смогли сыграть капустник 16 апреля, не помню уже, по какой причине. Кажется, в связи с затянувшимися гастролями. Но потом соединили, отыграли за два года на все сто. Долги отдали, как говорила авторская команда.

Мы все ждем этого вечера, и зрители ждут, поэтому он обязательно состоится. Вероятно, перенесем на осень. Хотим сыграть 16 сентября — к открытию нового сезона.

В этом году вы будете на сцене в кресле юбиляра, а роль ведущего отдадите?

Валерий Никитенко: Нет, пока ноги носят, я с ними! Моим молодым коллегам важно, что я рядом, морально поддерживаю их. Меня очень радует их теплое, сердечное отношение ко мне, и то, что они подхватили нашу традицию, хотят устраивать праздники.

Буквально через полтора года после моего вступления в труппу я был принят в авторскую бригаду: Алексей Савостьянов, Леонид Леонидов, Лев Милиндер. Мне оказали большую честь. Попасть тогда в капустник, тем более — писать тексты, это был огромный шаг. Сейчас у нас так: хочешь участвовать? Давай. А тогда было по-другому: докажи, что ты можешь!

В театр Комедии вы поступили в 22 года. И остались на всю жизнь, вас называют «последним из могикан»…

Валерий Никитенко: Да, только год после окончания Киевского театрального института отработал в Крыму, в Симферопольском русском драматическом театре. Меня сформировал театр Комедии, Акимов. Человек очень своеобразный. Ироничный. Удивительный психолог. Он понимал, что перед ним не ограненный «товар». Его мировоззрение было таким интересным! Я бежал на репетиции как на праздник! Обязательно в чистой сорочке. Знал, что будет интересно, радостно. Как губка, вбирал в себя все. Николай Павлович мог так парадоксально выразить мысль, что ты даже застывал в восхищении. Любил юмор, любил, когда шутили вокруг, ужасно не любил, если это было не остроумно, у него даже портилось настроение. «Ну не надо шутить, если вы не можете — лучше не шутите».

Помню, как-то пришел к нему в кабинет и рассказал, что мне позвонили из обкома комсомола, сообщили, что я включен в группу молодых людей, которые поедут — от Ленинграда — на Олимпийские игры в Гренобль, во Францию! Я сыграл в театре тогда всего одну или две роли, и меня кто-то увидел на сцене с гитарой. Я пел, а играли за кулисами. Решили, что Никитенко умеет играть на гитаре. Александру Городницкому, который был в этой группе, нужен был гитарист. Меня спросили: «Вы же играете на гитаре?» Я сделал маленькую паузу и ответил: «Конечно!» Пришел к Акимову: «Николай Павлович, вот такое дело. Отпустите меня?» «Конечно, отпущу. Может, ты все-таки не таким серым оттуда вернешься!»

Инструктаж перед поездкой за границу проходил в столице нашей родины. Мы сели в «Красную стрелу». Я мучительно размышлял, признаваться или нет Саше Городницкому, что я не играю на гитаре. Решил: подожду до Бологого, там остановка, меня могут ссадить, а проедем Бологое — тогда и скажу. Проехали. Вышли в тамбур, сказал: «Саша, простите меня, я не играю на гитаре. Уж больно хотелось увидеть Францию!» И слышу: «Да и бог с ней! Что, мы не найдем там гитару?» То, что казалось мне дикой проблемой, разрешилось буквально в секунды. И была очень интересная поездка.

«Акимовский период» был решающим в моей судьбе. Поначалу я «выбегал» слугой, играл Третью голову Дракона. Молодого артиста, который поступил в труппу, здесь всегда встречали тепло и доброжелательно. А дальше — если увидят, что он не лишен таланта, окружают уважением и любовью. Эта традиция у нас сохранилась. Со мной произошло то же самое. Я окунулся в море человеческой теплоты. Правда, мне говорили: «В Симферополе так хорошо, тепло, зачем ты приехал сюда? Здесь плохой климат, серо, холодно, дожди». Я не понимал, всерьез они говорят или в шутку. Как может быть плохо?! В таком потрясающем городе, в таком театре, о котором я даже мечтать не смел! И вот промчалось 57 лет…

«Легкий жанр» на стороне
Почему несколько лет назад вы параллельно стали играть в театре по соседству — Музкомедии? Мало ролей «дома» было?

Валерий Никитенко: Юрий Шварцкопф, худрук театра, знал меня давно и однажды предложил попробовать. Мне очень нравится жанр оперетты, я пою, достаточно музыкален. Правда, когда попал туда, понял, что не достаточно. Как они репетируют, сколько сил прилагают! Но, во всяком случае, я не портил обедню. Хорошая музыкальная комедия, оперетта, если она поставлена талантливо, дает такой жизненный ток, что черт затанцует. А человеку очень важно время от времени открыть себя на полную катушку, узнать, что ты можешь. Началось с маленькой роли в музыкальной комедии «Милый друг», которую ставил Марк Розовский. Дальше — Барон Вепс в «Продавце птиц», Боцман в «Севастопольском вальсе», Барон Зета в «Веселой вдове», Фрош, постоянно пьяный тюремщик в «Летучей мыши», отец Эдвина в «Сильве». Я получил удовольствие, утолил жажду.

И вдруг стали заниматься режиссурой.

Валерий Никитенко: Не вдруг. В начале 1980-х мы ставили «Комнату» Брагинского, я играл главную роль в паре с Ольгой Антоновой, и по ходу дела, не сдерживаясь, что-то предлагал, и режиссер Леонид Калиновский из Москвы сказал: «Слушайте, у вас же режиссерское видение. Приезжайте в Москву, я веду курс в Щукинском, получите диплом…» Но наша удивительная лень! Ну куда я поеду, подумал… А однажды у нас в театре появились драматурги Рацер и Константинов со своим замечательным водевилем «Виновник торжества», предложили мне посмотреть пьесу. Она мне понравилась. Тогда к нам только пришел главным Дмитрий Астрахан, он одобрил мою просьбу поставить спектакль. Процесс был интересный — я, партнер артистов, вдруг восседаю в «режиссерском кресле». Трудный, надо сказать, переход, но мои друзья Юрий Лазарев, Борис Улитин, которые там играли, поддерживали меня: «Стоп, прекратите смех (или спор), — говорили они актерам, — режиссер сказал…». Это помогло, иначе репетиции превратились бы в большие диспуты.

В результате, получился славный спектакль, мы его долго играли, причем двумя составами. Актеры всегда жаждут ролей. Была дивная пара: Цветкова — Ваха, Ира играла критикессу, Артур — артиста, замечательные бенефисные роли.

Затем я поставил «Виновника…» в Северодвинске, в местном театре. Тоже любопытный опыт: другая обстановка, не знакомые мне артисты. А дальше предложили поставить в Петербурге антрепризные спектакли: «Папа в паутине, или Слишком женатый таксист-2», «Мы не одни, дорогая!», комедии Рэя Куни, и «Бай-бай, Бабочки!» английского драматурга Дерека Бенфилда. Идут они с успехом — зрители прекрасно принимают, актеры с удовольствием играют.

Занятостью в Комедии довольны?

Валерий Никитенко: Надо как-то осознать, что мне уже 80 лет и взять себя в руки, не так резво скакать и, как говорится, беречь патроны. Есть тяга подсказать что-то молодому артисту, посоветовать. У нас в театре славная молодежь.

Артистов моего возраста не очень жалуют ролями — их, в общем-то, мало. Это молодым есть где развернуться. Конечно, хочется новой работы — но дозировано. И поставить, и сыграть. Чтобы было и смешно, и сердечно. Чтобы мысли и чувства героя были созвучны с моими, чтобы история волновала меня по-настоящему как артиста и как человека.

Примерно 120 ролей я сыграл за 57 лет. Вот «Сказки старого Арбата» Арбузова — это подарок к моему 75-летию. Пять лет играем. После спектакля смотрим в зал, видим глаза зрителей — и нам хорошо на сердце. Сейчас людям очень нужны сердечность, нежность, этого так не хватает в повседневной жизни.

Когда актер Михаил Светин ушел из жизни, вы какое-то время играли его знаменитую роль Министра финансов в спектакле «Тень» по пьесе Евгения Шварца. Почему перестали?

Валерий Никитенко: Я видел, как ярко играл эту роль Александр Бениаминов. Было смешно и страшно. Это соединение, которого он добивался, — собственно, удивительная природа Бениаминова. Тогда я играл Придворного (то есть практически ничего не играл, а только красиво выходил). В 1984 году спектакль восстановил режиссер Юрий Аксенов, мне дали роль журналиста Цезаря Борджиа. Потом — Первого министра в спектакле Татьяны Казаковой. А когда не стало Михаила Семеновича, Татьяна Сергеевна предложила мне попробовать его роль, я сыграл два или три спектакля, понял, что не выхожу на тот уровень, который нужен…

В этом легендарном спектакле (более 70 лет не сходит с афиши нашего театра) я прошел путь от Придворного до Министра финансов.

Читайте также

Оставить комментарий

Вы можете использовать HTML тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.